nw_wind

Categories:

Пермский край, дорога в Полазну

Пастернак — это не только овощ, но и поэт.
Пастернак — это не только овощ, но и поэт.

После забегов, залазов и заездов по природным красотам мы едем по искусственным достопримечательностям. Человеческая деятельность, оказывается, тоже может приносить радость. На самом деле, не очень понятно. Была гора. На лыжах с неё катались. Потом хоба и на месте горы яма. Всю каменюку извели на известь. Среди местных ходят легенды, что это урановое молочко или типа того — радиоактивное всё итп.

Здесь была гора, а теперь озеро.
Здесь была гора, а теперь озеро.

Зато сейчас на месте той горы глубокое голубое озеро с чистой холодной водой. В ту лютую жару оно было очень кстати. Хотелось окунуться.

Строят парк развлечений на месте старого карьера.
Строят парк развлечений на месте старого карьера.

Окунуться хотелось не только мне. На другом берегу построили целый аквапарк. 

Озеро такое там не одно. Кстати, роют ещё одно прямо рядом. Машины с породой так и снуют мимо туда-сюда. В озере плавают огромные мясные такие рыбины. Мном-мном. 

Рыбы! Мясные такие...
Рыбы! Мясные такие...

Озеро окультурено и заарендовано всё. Фу. Вход платный. Смешно даже.

Здесь тоже была гора 150м высотой.
Здесь тоже была гора 150м высотой.

Рядом стоит село Всеволодо-Вильва. 

Кедру, раскинувшему ветки рядом с музеем «Дом Пастернака» в поселке Всеволодо-Вильва (Пермский край), присвоен статус памятника живой природы всероссийского значения. Этому единственному оставшемуся свидетелю пребывания писателя в Пермской губернии исполнилось в 2018 году 130 лет. В свое время он и помог опознать бывший особняк управляющего местными заводами Саввы Морозова.

Под кедром пастернака.
Под кедром пастернака.

Кедр на два года старше лауреата Нобелевской премии по литературе. Как считают пермские исследователи, саженец был посажен управляющим заводом Н. А. Денизом в 1888 году. Деревце прижилось, подрастало. Оно попало в кадр, запечатлевший здесь молодого москвича Бориса Пастернака, в 1916 году прибывшего погостить к Борису Збарскому.

Когда кедр ещё был кедрёнком.
Когда кедр ещё был кедрёнком.

Борис Пастернак жил во Всеволодо-Вильве с января по июнь 1916 года. Впечатления, почерпнутые им на Западном Урале, отзывались в творчестве писателя на протяжении всей его жизни, от цикла «Урал впервые» до «Доктора Живаго».

Я не вдохновился так, как мне писалось в селе Константинове Рязанской области, где жил когда-то Есенин. Наверное потому, что Есенин был простым позитивным алкашом, а Пастернак хмурым московским эстетом.

Развалины завода.
Развалины завода.

Прокатившись по памятным местам, мы поехали к дому в Полазну. Уже темнело. Хотелось ещё приключений.

Сначала, как только стемнело, я обратил внимание, что я не вижу дорогу, зато прекрасно вижу кроны придорожных деревьев. Волнуюсь. Надо как-то ехать же. Сашина фара тускло светит ему под колесо и толку от неё мало. Дополнительные фары тоже лишь обозначают его на дороге, но свет не дают нормальный. Мои дополнительные фары вдруг стали жить собственной жизнью и перестали включаться по кнопке. То есть, я кнопку нажимаю, а они не светят. Потом вдруг включаются, через какое-то время сами выключаются. 

Приезжаем на какую-то стоянку с туалетом и кафе. Я пляшу с  фонариком вокруг мотоцикла, ничего не видно. Инструментов у меня нет. Я их в Сыктывкаре не купил, а зря. BMW без набора торксов не очень BMWшное, а свой наборчик я оставил в гараже. В итоге страданий я понимаю, что фара цела, но соскочила со штырька, который не даёт ей крутиться. Штырёк торчит из радиатора и силой меряться с ним не стоит.

Неподалёку обнаруживается грузовой шиномонтаж. Ха! Недавно я в подобном был и всё получилось. Еду. Темнота, никого нет. Армянской наружности мужчина разворачивает шатёр для кафе. 

— Чито ти хатэл?
— Мне бы вот торкс. Надо открутить/закрутить болт.
— Инструмэнти?
— Да.
— Ехай в тот ангар, сичаз падайду.

Еду. Открывает. Нифига себе шиномонтажка! Там можно два автопоезда переобувать одновременно. Мне дают целый ящик инструментов, я мигом откручиваю фару с приборкой, поправляю амортизационную резинку и ставлю всё на место. Делов на одну минуту. Резинку надо будет потом заменить на новую, но пока и так сойдёт.

Теперь я всё вижу! Едем.

Мотоцикл Саши начинает чихать и на подъёме в гору дёргается как-то странно. Точно! Это кончается бензин. На последних чихах кузнечика доезжаем до заправки.

Мой офис на следующий день.
Мой офис на следующий день.

Замечательная была поездка. Гора впечатлений. Ох, а сколько осталось «на другой раз»... ууу... Надо же на Ветлан забраться на мотоцикле и там заночевать будет — это как минимум.

Через день, отдохнув и поработав, я двигаю дальше. Впереди где-то маячит Екатеринбург.

На подходе к среднему Уралу.
На подходе к среднему Уралу.

Повертевшись по холмам дорога выводит меня в Азию. Привет, Сибирь!

Я в Азии. Сибирь, вот она.
Я в Азии. Сибирь, вот она.

Весь в предвкушении я мчу по петляющей среди гор дороге. Впереди новые приключения!


Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.